Золотые времена — правда

Андрей Буровский — Правда о «золотом веке» Екатерины

Андрей Буровский — Правда о «золотом веке» Екатерины краткое содержание

Правда о «золотом веке» Екатерины читать онлайн бесплатно

Всем русским людям XVIII века — и европейцам и туземцам, которые не писали друг на друга доносов и не сотрудничали с Тайной канцелярией

Задумывают революции мудрецы, начинают их глупцы, а плодами их пользуются подлецы.

Отто фон Бисмарк

28 января 1725 года закрыл глаза царь Пётр I, которого еще при жизни одни подданные нарекли земным богом, а другие — Антихристом. После этой смерти Российскую империю трясло несколько десятилетий: буквально от самого часа смерти Петра и до того, как в 1762 году жена его внука, Петра III, убила мужа и сама уселась на престол.

Ведь и правда — период истории Российской империи с 1725 по 1762 год вполне официально назывался «периодом дворцовых переворотов». Так называли его вовсе не только марксистские историки или историки, враждебные какой–то официальной позиции. Ничего подобного! О «периоде дворцовых переворотов» писали и С.М. Соловьев, и В.О. Ключевский, и О. Егер, и не коммунистические историки XX века — сторонник белой гвардии, офицер армии Власова С.Г. Пушкарев, евразиец Г.В. Вернадский, либерал П.Н. Милюков. Термин этот общепризнанный, не вызывающий протестов решительно ни у кого.

То есть долгие 37 лет власть в Российской империи была какая–то ненастоящая, не легитимная и с невероятной легкостью переходила из рук в руки. Это была какая–то игрушечная власть, потому что, с одной стороны, император был неограниченным монархом и мог делать почти все, что угодно, а с другой стороны, кучка придворных и гвардейцев по своему произволу решала, кто должен быть императором.

Эта непрочная, верхушечная власть не была в силах (а может быть, и не очень стремилась) навести в стране прочный порядок.

Даже в Петербурге в системе управления царил чудовищный бардак, а во многих губерниях вообще не было суда, способного отправлять правосудие. Власть правительства сводилась фактически к сбору налогов, получению рекрутов и к тому, чтобы население не могло взбунтоваться. Даже рейды войск за налогами, по словам В.О. Ключевского, напоминали набеги татар. Я же позволю себе еще одну аналогию — действия колониальной армии в Индии, Африке, Индонезии… везде, где только существовал колониализм.

А за пределами крупных городов, в стороне от больших дорог, царила почти полная анархия, и были уезды, по которым вообще нельзя было проехать. Никак. Потому что число разбойников в этих уездах превосходило число законопослушных подданных.

Известна цифра, названная П.Н. Милюковым: мол, к 1710 году исчезло 20% тяглого населения Московии. При этом Павел Николаевич считал, что не все из этих 20% погибли — по крайней мере, третья часть тех, кого недосчитались, — просто беглые или ушли в разбойники.

Иные разбойничьи шайки контролировали приличные куски территории Российской империи — целые волости и провинции; эти шайки вели неплохое хозяйство, а некоторые атаманы вели в бой сотни и тысячи людей. Известны случаи, когда разбойники брали уездные города и освобождали своих захваченных солдатами товарищей (а часть солдат уходила с ними). В таких случаях утрачивается вообще представление, где тут разбойничьи шайки, а где — повстанческие армии… Грань очень уж зыбкая.

Есть классический анекдот XVIII века про то, что Пётр как–то удивился священнику, который получил назначение в отдаленный приход и ехал в свой приход с ружьем за плечами.

— Ведь если ты убьешь кого–то, то не сможешь больше быть священником…

(По традиции, священником не мог быть человек, даже случайно впавший в грех убийства.)

— Но если меня убьют разбойники, то я не буду не только священником, но и человеком, а у меня большая семья.

Дальше в этой «назидательной» истории повествуется, как Пётр подивился разумным речам батюшки [1]. Меня же поражает другое: до какой степени разбойники к концу жизни Петра стали обычнейшим бытовым явлением, нормальной частью жизни в империи.

Местных крестьян эти разбойники чаще всего не трогали, ограничиваясь поборами, но всех проезжих грабили неукоснительно, а дворян некоторые из них вообще не выпускали живыми. Как видно, и священники не всегда и не везде были в безопасности.

Если назвать вещи своими именами, то получится — несколько десятилетий правительство Российской империи контролировало только часть своей территории и даже то, что вроде бы подчинялось Петербургу, подчинялось очень относительно.

А что, может быть, хуже всего, общество оказалось без твердых нравственных и идейных ориентиров.

Независимо от того, как мы оцениваем период правления Петра (1689—1725), вполне можно сказать, что период правления Петра и проведения его «реформ» разделяют два несравненно более благополучных периода русской истории.

До Петра, в «допетровской Руси», существовали некие «правила игры» — законы, традиции, культурные и нравственные нормы, которые были известны всем и признавались всеми сословиями и группами населения. Можно спорить о том, насколько они были плохи или хороши, правильны или неправильны, справедливы или несправедливы. Но эти правила общежития существовали.

Легко проследить, что на протяжении «периода дворцовых переворотов» весь этот бардак постепенно изживался. В 1740–е годы порядка и стабильности стало больше, чем было сразу после смерти Петра, а при Елизавете, в 1750–е годы, больше, чем в 1740–е, при Анне. Причем порядка стало больше и в головах, и в государстве.

Начиная с годов правления Екатерины II тоже сложатся некие общие «правила игры», некие всеобщие и понятные всем законы и обычаи. Общество станет настолько стабильным, что мало изменится с Екатерины II вплоть до времен Александра II, а многое доживет и до XX века. О разумности и справедливости этих правил общежития тоже можно поспорить, но главное — они возникли.

Очень трудно согласиться с русскими историками, которые считали реформы Петра продолжением того движения Руси в сторону Европы, которое шло весь XVII век, начиная со Смутного времени. Дело в том, что весь русский XVII век шел глубоко естественный процесс — шло изменение и развитие русского общества под влиянием Европы, а вовсе не проведение над Московией каких–то диковинных экспериментов. Изменения шли не столько внешние, формальные, сколько сущностные, изменения самих общественных отношений. И главный вектор изменений был в том, что свободы все прибавлялось и прибавлялось. XVII век, время между 1613 и 1689 годом — это время нарастания свободы.

Читать еще:  ОТ НЕЖЕЛАТЕЛЬНЫХ ВОЛОС .

То, что называется «реформами Петра Великого», совершенно противоположно по смыслу. Цель Петра состояла вовсе не в европеизации общества, не в приближении общества к тем образцам, которые он мог видеть даже в отсталой и диковатой периферии Европы — в той же Пруссии. Сама идея свободы человека от государства, свободы от насилия или ограничения самой власти государства и монарха предельно чужда Петру, и таких целей он никогда не преследовал. После «реформ Петра» свободы в Российской империи стало несравненно меньше, чем было в Московии до этих реформ.

Цель Петра состояла в том, чтобы взять у Европы её технические достижения и какие–то внешние формы и притом осуществить мечту о построении «регулярного государства». Что это за удивительное «регулярное государство», придуманное в кабинетах философов, нам придется поговорить отдельно, а пока скажем кратко — Пётр пытался внедрить в России очередную утопию.

Произошло то, что и всегда происходит при попытке осуществить на практике какие–то умозрительные идеи. На бумаге эти идеи могут выглядеть замечательно, но вот беда — пока никому не удавалось сделать в жизни так же чудесно, как на бумаге. А кроме того, для осуществления утопии приходится начинать с разрушения — уничтожать реально существующее, потому что оно мешает построению утопии, сопротивляется и прилагает все усилия, чтобы измениться как можно меньше.

Для того чтобы осуществить утопию, оказывается, необходимо уничтожить любую самодеятельность людей, любое самоуправление, любую независимость от властей. Ведь люди не хотят строить утопию, и если они будут независимы, если они смогут выбирать — строить утопию люди ни в коем случае не будут.

Почему Петра так очаровали идеи регулярного государства — вопрос, который я решаю в другой книге [2]. Но факт остается фактом, — стремясь к созданию «регулярного государства» по проектам Г. Лейбница, Вульфа и других теоретиков, Пётр последовательно уничтожал, разрушал то русское общество, которое сложилось после Смутного времени, существовало и развивалось почти весь XVII век.

Последствия были именно таковы, каких следовало ожидать. Мало того, что экономика страны совершенно разрушилась, а население уменьшилось на 20 или даже на 25%. Взбаламученное, лишенное ориентиров общество, разрушенное государство, подданные которого бегут «в башкиры», на окраины страны, или в разбойники, — вот результат его правления.

Золотые времена — правда

Андрей Михайлович Буровский

Правда о «золотом веке» Екатерины

Всем русским людям XVIII века —

и европейцам и туземцам,

которые не писали друг на друга доносов

и не сотрудничали с Тайной канцелярией.

Задумывают революции мудрецы, начинают их

глупцы, а плодами их пользуются подлецы.

28 января 1725 года закрыл глаза царь Петр I, которого еще при жизни одни подданные нарекли земным богом, а другие – Антихристом. После этой смерти Российскую империю трясло несколько десятилетий: буквально от самого часа смерти Петра и до того, как в 1762 году жена его внука, Петра III, убила мужа и сама уселась на престол.

Ведь и правда – период истории Российской империи с 1725 по 1762 год вполне официально назывался «периодом дворцовых переворотов». Так называли его вовсе не только марксистские историки или историки, враждебные какой-то официальной позиции. Ничего подобного! О «периоде дворцовых переворотов» писали и С.М. Соловьев, и В.О. Ключевский, и О. Егер, и некоммунистические историки XX века – сторонник белой гвардии, офицер армии Власова С.Г. Пушкарев, евразиец Г.В. Вернадский, либерал П.Н. Милюков. Термин этот общепризнанный, не вызывающий протестов решительно ни у кого.

То есть долгие 37 лет власть в Российской империи была какая-то ненастоящая, нелегитимная и с невероятной легкостью переходила из рук в руки. Это была какая-то игрушечная власть, потому что, с одной стороны, император был неограниченным монархом и мог делать почти все, что угодно, а с другой стороны, кучка придворных и гвардейцев по своему произволу решала, кто должен быть императором.

Эта непрочная, верхушечная власть не была в силах (а может быть, и не очень стремилась) навести в стране прочный порядок.

Даже в Петербурге в системе управления царил чудовищный бардак, а во многих губерниях вообще не было суда, способного отправлять правосудие. Власть правительства сводилась фактически к сбору налогов, получению рекрутов и к тому, чтобы население не могло взбунтоваться. Даже рейды войск за налогами, по словам В.О. Ключевского, напоминали набеги татар. Я же позволю себе еще одну аналогию – действия колониальной армии в Индии, Африке, Индонезии… везде, где только существовал колониализм.

А за пределами крупных городов, в стороне от больших дорог, царила почти полная анархия, и были уезды, по которым вообще нельзя было проехать. Никак. Потому что число разбойников в этих уездах превосходило число законопослушных подданных.

Известна цифра, названная П.Н. Милюковым: мол, к 1710 году исчезло 20 % тяглого населения Московии. При этом Павел Николаевич считал, что не все из этих 20 % погибли – по крайней мере, третья часть тех, кого недосчитались, – просто беглые или ушли в разбойники.

Иные разбойничьи шайки контролировали приличные куски территории Российской империи – целые волости и провинции; эти шайки вели неплохое хозяйство, а некоторые атаманы вели в бой сотни и тысячи людей. Известны случаи, когда разбойники брали уездные города и освобождали своих захваченных солдатами товарищей (а часть солдат уходила с ними). В таких случаях утрачивается вообще представление, где тут разбойничьи шайки, а где – повстанческие армии… Грань очень уж зыбкая.

Есть классический анекдот XVIII века про то, что Петр как-то удивился священнику, который получил назначение в отдаленный приход и ехал в свой приход с ружьем за плечами.

– Ведь если ты убьешь кого-то, то не сможешь больше быть священником…

(По традиции, священником не мог быть человек, даже случайно впавший в грех убийства.)

– Но если меня убьют разбойники, то я не буду не только священником, но и человеком, а у меня большая семья.

Дальше в этой «назидательной» истории повествуется, как Петр подивился разумным речам батюшки [1]. Меня же поражает другое: до какой степени разбойники к концу жизни Петра стали обычнейшим бытовым явлением, нормальной частью жизни в империи.

Местных крестьян эти разбойники чаще всего не трогали, ограничиваясь поборами, но всех проезжих грабили неукоснительно, а дворян некоторые из них вообще не выпускали живыми. Как видно, и священники не всегда и не везде были в безопасности.

Если назвать вещи своими именами, то получится – несколько десятилетий правительство Российской империи контролировало только часть своей территории и даже то, что вроде бы подчинялось Петербургу, подчинялось очень относительно.

Читать еще:  «Сливочно-шоколадный торт-чизкейк»

А что, может быть, хуже всего, общество оказалось без твердых нравственных и идейных ориентиров.

Независимо от того, как мы оцениваем период правления Петра (1689–1725), вполне можно сказать, что период правления Петра и проведения его «реформ» разделяют два несравненно более благополучных периода русской истории.

До Петра, в «допетровской Руси», существовали некие «правила игры» – законы, традиции, культурные и нравственные нормы, которые были известны всем и признавались всеми сословиями и группами населения. Можно спорить о том, насколько они были плохи или хороши, правильны или неправильны, справедливы или несправедливы. Но эти правила общежития существовали.

Легко проследить, что на протяжении «периода дворцовых переворотов» весь этот бардак постепенно изживался. В 1740-е годы порядка и стабильности стало больше, чем было сразу после смерти Петра, а при Елизавете, в 1750-е годы, больше, чем в 1740-е, при Анне. Причем порядка стало больше и в головах, и в государстве.

Начиная с годов правления Екатерины II тоже сложатся некие общие «правила игры», некие всеобщие и понятные всем законы и обычаи. Общество станет настолько стабильным, что мало изменится с Екатерины II вплоть до времен Александра II, а многое доживет и до XX века. О разумности и справедливости этих правил общежития тоже можно поспорить, но главное – они возникли.

Очень трудно согласиться с русскими историками, которые считали реформы Петра продолжением того движения Руси в сторону Европы, которое шло весь XVII век, начиная со Смутного времени. Дело в том, что весь русский XVII век шел глубоко естественный процесс – шло изменение и развитие русского общества под влиянием Европы, а вовсе не проведение над Московией каких-то диковинных экспериментов. Изменения шли не столько внешние, формальные, сколько сущностные, изменения самих общественных отношений. И главный вектор изменений был в том, что свободы все прибавлялось и прибавлялось. XVII век, время между 1613 и 1689 годом – это время нарастания свободы.

То, что называется «реформами Петра Великого», совершенно противоположно по смыслу. Цель Петра состояла вовсе не в европеизации общества, не в приближении общества к тем образцам, которые он мог видеть даже в отсталой и диковатой периферии Европы – в той же Пруссии. Сама идея свободы человека от государства, свободы от насилия или ограничения самой власти государства и монарха предельно чужда Петру, и таких целей он никогда не преследовал. После «реформ Петра» свободы в Российской империи стало несравненно меньше, чем было в Московии до этих реформ.

Цель Петра состояла в том, чтобы взять у Европы ее технические достижения и какие-то внешние формы и притом осуществить мечту о построении «регулярного государства». Что это за удивительное «регулярное государство», придуманное в кабинетах философов, нам придется поговорить отдельно, а пока скажем кратко – Петр пытался внедрить в России очередную утопию.

Произошло то, что и всегда происходит при попытке осуществить на практике какие-то умозрительные идеи. На бумаге эти идеи могут выглядеть замечательно, но вот беда – пока никому не удавалось сделать в жизни так же чудесно, как на бумаге. А кроме того, для осуществления утопии приходится начинать с разрушения – уничтожать реально существующее, потому что оно мешает построению утопии, сопротивляется и прилагает все усилия, чтобы измениться как можно меньше.

Андрей Буровский: Правда о «золотом веке» Екатерины

Здесь есть возможность читать онлайн «Андрей Буровский: Правда о «золотом веке» Екатерины» — ознакомительный отрывок электронной книги, а после прочтения отрывка купить полную версию. В некоторых случаях присутствует краткое содержание. Город: Москва, год выпуска: 2008, ISBN: 978-5-699-28291-3, издательство: ООО «Издательство «Яуза», категория: История / на русском языке. Описание произведения, (предисловие) а так же отзывы посетителей доступны на портале. Библиотека «Либ Кат» — LibCat.ru создана для любителей полистать хорошую книжку и предлагает широкий выбор жанров:

Выбрав категорию по душе Вы сможете найти действительно стоящие книги и насладиться погружением в мир воображения, прочувствовать переживания героев или узнать для себя что-то новое, совершить внутреннее открытие. Подробная информация для ознакомления по текущему запросу представлена ниже:

  • 100
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5

Правда о «золотом веке» Екатерины: краткое содержание, описание и аннотация

Предлагаем к чтению аннотацию, описание, краткое содержание или предисловие (зависит от того, что написал сам автор книги «Правда о «золотом веке» Екатерины»). Если вы не нашли необходимую информацию о книге — напишите в комментариях, мы постараемся отыскать её.

Андрей Буровский: другие книги автора

Кто написал Правда о «золотом веке» Екатерины? Узнайте фамилию, как зовут автора книги и список всех его произведений по сериям.

Эта книга опубликована на нашем сайте на правах партнёрской программы ЛитРес (litres.ru) и содержит только ознакомительный отрывок. Если Вы против её размещения, пожалуйста, направьте Вашу жалобу на info@libcat.ru или заполните форму обратной связи.

Правда о «золотом веке» Екатерины — читать онлайн ознакомительный отрывок

Ниже представлен текст книги, разбитый по страницам. Система автоматического сохранения места последней прочитанной страницы, позволяет с удобством читать онлайн бесплатно книгу «Правда о «золотом веке» Екатерины», без необходимости каждый раз заново искать на чём Вы остановились. Не бойтесь закрыть страницу, как только Вы зайдёте на неё снова — увидите то же место, на котором закончили чтение.

Всем русским людям XVIII века — и европейцам и туземцам, которые не писали друг на друга доносов и не сотрудничали с Тайной канцелярией

Задумывают революции мудрецы, начинают их глупцы, а плодами их пользуются подлецы.

Отто фон Бисмарк

28 января 1725 года закрыл глаза царь Пётр I, которого еще при жизни одни подданные нарекли земным богом, а другие — Антихристом. После этой смерти Российскую империю трясло несколько десятилетий: буквально от самого часа смерти Петра и до того, как в 1762 году жена его внука, Петра III, убила мужа и сама уселась на престол.

Ведь и правда — период истории Российской империи с 1725 по 1762 год вполне официально назывался «периодом дворцовых переворотов». Так называли его вовсе не только марксистские историки или историки, враждебные какой–то официальной позиции. Ничего подобного! О «периоде дворцовых переворотов» писали и С.М. Соловьев, и В.О. Ключевский, и О. Егер, и не коммунистические историки XX века — сторонник белой гвардии, офицер армии Власова С.Г. Пушкарев, евразиец Г.В. Вернадский, либерал П.Н. Милюков. Термин этот общепризнанный, не вызывающий протестов решительно ни у кого.

То есть долгие 37 лет власть в Российской империи была какая–то ненастоящая, не легитимная и с невероятной легкостью переходила из рук в руки. Это была какая–то игрушечная власть, потому что, с одной стороны, император был неограниченным монархом и мог делать почти все, что угодно, а с другой стороны, кучка придворных и гвардейцев по своему произволу решала, кто должен быть императором.

Эта непрочная, верхушечная власть не была в силах (а может быть, и не очень стремилась) навести в стране прочный порядок.

Читать еще:  Бывает смотришь в глаза собаки, и думаешь ЧЕЛОВЕК

Даже в Петербурге в системе управления царил чудовищный бардак, а во многих губерниях вообще не было суда, способного отправлять правосудие. Власть правительства сводилась фактически к сбору налогов, получению рекрутов и к тому, чтобы население не могло взбунтоваться. Даже рейды войск за налогами, по словам В.О. Ключевского, напоминали набеги татар. Я же позволю себе еще одну аналогию — действия колониальной армии в Индии, Африке, Индонезии… везде, где только существовал колониализм.

А за пределами крупных городов, в стороне от больших дорог, царила почти полная анархия, и были уезды, по которым вообще нельзя было проехать. Никак. Потому что число разбойников в этих уездах превосходило число законопослушных подданных.

Известна цифра, названная П.Н. Милюковым: мол, к 1710 году исчезло 20% тяглого населения Московии. При этом Павел Николаевич считал, что не все из этих 20% погибли — по крайней мере, третья часть тех, кого недосчитались, — просто беглые или ушли в разбойники.

Иные разбойничьи шайки контролировали приличные куски территории Российской империи — целые волости и провинции; эти шайки вели неплохое хозяйство, а некоторые атаманы вели в бой сотни и тысячи людей. Известны случаи, когда разбойники брали уездные города и освобождали своих захваченных солдатами товарищей (а часть солдат уходила с ними). В таких случаях утрачивается вообще представление, где тут разбойничьи шайки, а где — повстанческие армии… Грань очень уж зыбкая.

Есть классический анекдот XVIII века про то, что Пётр как–то удивился священнику, который получил назначение в отдаленный приход и ехал в свой приход с ружьем за плечами.

— Ведь если ты убьешь кого–то, то не сможешь больше быть священником…

(По традиции, священником не мог быть человек, даже случайно впавший в грех убийства.)

— Но если меня убьют разбойники, то я не буду не только священником, но и человеком, а у меня большая семья.

Дальше в этой «назидательной» истории повествуется, как Пётр подивился разумным речам батюшки [1]. Меня же поражает другое: до какой степени разбойники к концу жизни Петра стали обычнейшим бытовым явлением, нормальной частью жизни в империи.

Местных крестьян эти разбойники чаще всего не трогали, ограничиваясь поборами, но всех проезжих грабили неукоснительно, а дворян некоторые из них вообще не выпускали живыми. Как видно, и священники не всегда и не везде были в безопасности.

Если назвать вещи своими именами, то получится — несколько десятилетий правительство Российской империи контролировало только часть своей территории и даже то, что вроде бы подчинялось Петербургу, подчинялось очень относительно.

Русская правда. Язычество – наш «золотой век»

Скачать книгу в формате:

Аннотация

Главная книга ведущего историка Языческой Руси. Открытый вызов новому официозу. Опровержение церковной лжи об исконных богах и святой вере наших предков.

Послушать попов – так до крещения Русская Земля прозябала в темноте, варварстве и дикости, оскверняя небо человеческими жертвоприношениями, покорно платя дань то аварам, то хазарам, то норманнам. Только стоит ли слушать тех, кто отрекся от веры отцов и дедов? Тех, кто навязывал нового бога огнем и мечом. На самом деле Русь состоялась и возвысилась задолго до крещения – подлинная, исконная, ЯЗЫЧЕСКАЯ РУСЬ, унаследовавшая от арийских пращуров высокую культуру, сложное устройство общества и древнюю веру, поднимавшую Человека вровень с богами. Русь гордая, свободная, непобедимая, наводившая ужас на врагов, заставившая уважать себя даже могучую Византию…

Эта книга открывает глаза на великое прошлое Русского народа. Это – дань светлой памяти наших предков, хранивших исконную веру и не поддавшихся чуж.

Отзывы

Популярные книги

  • 75492
  • 6
  • 1

«Кради как художник» — это известный бестселлер молодого писателя и художника Остина Клеона, в котор.

Кради как художник

  • 206570
  • 16
  • 4

Михаил Булгаков Мастер и Маргарита Москва 1984 Текст печатается в последней прижизненной редакци.

Мастер и Маргарита

  • 52604
  • 22
  • 2

Если вы хоть раз в жизни упускали возможность использовать личный контакт с важными для вас людь.

Как разговаривать с кем угодно. Уверенное общение в любой ситуации

  • 60322
  • 11

Евгений Водолазкин – прозаик, филолог. Автор бестселлера “Лавр” и изящного historical fiction “Солов.

Авиатор

  • 30821
  • 6

Более чем вероятно, что эта книга изменит вашу жизнь. Она поможет вам полностью пересмотреть свой .

Радикальное Прощение: Освободи пространство для чуда

  • 43535
  • 6
  • 1

Если для нас «любить» означает «страдать», значит, мы любим слишком сильно. В этой книге рассматрив.

Женщины, которые любят слишком сильно

Дорогой ценитель литературы, погрузившись в уютное кресло и укутавшись теплым шерстяным пледом книга «Русская правда. Язычество – наш «золотой век»» Прозоров Лев Рудольфович поможет тебе приятно скоротать время. Главный герой моментально вызывает одобрение и сочувствие, с легкостью начинаешь представлять себя не его месте и сопереживаешь вместе с ним. Основное внимание уделено сложности во взаимоотношениях, но легкая ирония, сглаживает острые углы и снимает напряженность с читателя. Отличительной чертой следовало бы обозначить попытку выйти за рамки основной идеи и существенно расширить круг проблем и взаимоотношений. Просматривается актуальная во все времена идея превосходства добра над злом, света над тьмой с очевидной победой первого и поражением второго. Диалоги героев интересны и содержательны благодаря их разным взглядам на мир и отличием характеров. Не остаются и без внимания сквозные образы, появляясь в разных местах текста они великолепно гармонируют с основной линией. Финал немножко затянут, но это вполне компенсируется абсолютно непредсказуемым окончанием. Положительная загадочность висит над сюжетом, но слово за словом она выводится в потрясающе интересную картину, понятную для всех. Один из немногих примеров того, как умело подобранное место украшает, дополняет и насыщает цветами и красками все произведение. Не часто встретишь, столь глубоко и проницательно раскрыты, трудности человеческих взаимосвязей, стоящих на повестке дня во все века. «Русская правда. Язычество – наш «золотой век»» Прозоров Лев Рудольфович читать бесплатно онлайн, благодаря умело запутанному сюжету и динамичным событиям, будет интересно не только поклонникам данного жанра.

  • Понравилось: 0
  • В библиотеках: 0

Новинки

  • 23

Магия может исцелить жуткие раны… или сделать их глубже. Рочио Лопез и Финн Локвуд пережили испы.

Пострадавшая магия (ЛП)

Магия может исцелить жуткие раны… или сделать их глубже. Рочио Лопез и Финн Локвуд пережили испы.

  • 28

Всю свою жизнь ты рискуешь собой, словно ища смерти? Тогда, умерев, будь готов к сожалениям. Неваж.

Объятия смерти

Всю свою жизнь ты рискуешь собой, словно ища смерти? Тогда, умерев, будь готов к сожалениям. Неваж.

  • 31

Судьба бросает из крайности в крайность, то даря минуты счастья, удачи и успеха, то забирая всё бе.

Путь последнего из рода. Том 1

Судьба бросает из крайности в крайность, то даря минуты счастья, удачи и успеха, то забирая всё бе.

Источники:

http://nice-books.ru/books/nauchnye-i-nauchno-populjarnye-knigi/istorija/185579-andrei-burovskii-pravda-o-zolotom-veke-ekateriny.html
http://www.litmir.me/br/?b=121529&p=1
http://libcat.ru/knigi/nauka-i-obrazovanie/istoriya/300274-andrej-burovskij-pravda-o-zolotom-veke-ekateriny.html
http://readli.net/russkaya-pravda-yazyichestvo-nash-zolotoy-vek/

Ссылка на основную публикацию
Статьи на тему:

Adblock
detector